Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Заметка

«До сих пор считают, что ДЦП можно заразиться». Что мешает российскому обществу принимать людей с инвалидностью

В октябре «Такие дела» провели в Еврейском музее и центре толерантности паблик-ток о том, что такое инклюзия и насколько к ней готово российское общество. Публикуем основные тезисы встречи.

Фото: Михаил Терещенко/ТАСС

«Они пугают наших детей»

Ситуации, когда нарушаются права детей с разными формами инвалидности или тяжелыми заболеваниями, не редки. Детей и их родителей по различным причинам просят уйти, а иногда попросту выгоняют из общественных мест или не пускают туда.

Например, в июле жительница Петербурга выгнала с детской площадки возле своего дома детей с особенностями развития — подопечных центра «Какая разница!». «Они пугают наших детей», — сказала женщина. За неделю до этого она подходила к руководителям центра «Какая разница!» и говорила, чтобы «больше здесь их не видела» и что она «сделает все», чтобы в доме не было организации.

В Ижевске сотрудники кафе Nami заставили покинуть заведение девочку на коляске и ее маму. Как рассказал местный предприниматель Юрий Паршиков, который стал свидетелем ситуации, он предложил уступить маме с дочкой свой столик, рассчитался и был готов уйти. Но после этого администратор сказала матери девочки, что столик уже забронирован. «Когда он успел стать забронированным, если прошло две минуты, непонятно», — комментирует Юрий.

Читайте также «Не у меня во дворе». Американский социолог — о NIMBY-жильцах, которые выступают против открытия социальных учреждений

В Новосибирске местные жительницы попросили уйти с детской площадки двух детей с онкологическими заболеваниями. На тот момент дети прошли лечение и находились на реабилитации в центре «Добрая Дора». Как отметила сотрудница центра Ксения Алешина, до этого других воспитанников уже прогоняли с площадки из-за страха, что они «потопчут цветы».

В Воронеже сотрудники торгового центра «Град» не пустили в парк аттракционов девочку с аутизмом, мама ребенка подала заявление в прокуратуру. В разговоре с изданием «МОЁ! Online» представитель ТЦ прокомментировал ситуацию так: «Оператор аттракционов вправе отказать в катании в целях обеспечения безопасности посетителя. Для нас безопасность посетителей важнее коммерческой выгоды».

Почему такое происходит и как сделать общество инклюзивным — обсудили эксперты.

Почему общество не принимает людей с инвалидностью

Специалист по инклюзивному образованию благотворительной организации «Журавлик» Ирина Пудовинникова считает, что большинство людей в России все еще не готово принять детей и взрослых с особенностями развития. Они боятся с ними взаимодействовать и общаться, потому что не знают, как себя вести, говорит эксперт.

«Они выросли в том обществе, где ни в детском саду, ни в школе с ними не было ни одного ребенка с инвалидностью, — поясняет Ирина. — А если и были дети с особыми потребностями, то в классах коррекции. Отдельно. [Они виделись] где-то в коридоре — и на этом общение заканчивалось».

Читайте также Учиться вместе. Что не так с инклюзивным образованием в России?

Руководитель программы «Близкие люди» фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Алена Синкевич тоже отмечает, что права людей с инвалидностью регулярно нарушаются, потому что в российской культуре нет отдельных норм и правил общения с ними. «Когда я вижу человека с особыми потребностями, я радуюсь, что он на улице, а не дома. Но я не понимаю, как себя вести, — комментирует Алена. — Я знаю, как себя вести с людьми с особыми потребностями в Америке, в Европе, потому что есть правила. В России же я не знаю — прилично смотреть [на человека с инвалидностью] или нет, прилично предложить помощь или нет».

Эксперт также отметила, что люди с инвалидностью часто сами не понимают, как бы они хотели, чтобы с ними общались. Она привела в пример детей с особенностями развития, которых курирует в проекте «Близкие люди». «Я их спрашивала специально: как бы вам хотелось, чтобы люди на улице к вам относились? Они не знают».

Можно ли изменить ситуацию

Режиссер, член правления фонда помощи хосписам «Вера», отец мальчика Семы с синдромом Дауна Александр Семин считает, что важно учитывать страхи большинства людей, связанные с людьми с инвалидностью, и работать с ними. Он приводит пример опыт благотворительного фонда «Ночлежка», когда организация открывала в Москве консультационный центр для бездомных. Тогда местные жители были против этого.

Читайте также «Я могу бомжам денег дать, но не хочу, чтобы они тут жили». Как прошла встреча жителей Бегового и «Ночлежки»

«Людей, которые боятся бездомных, приводили за руку и показывали: смотрите, здесь ему [бездомному] выдается билетик с надписью “клиент”, а здесь он получает юридическую помощь». То же самое следует делать и в сфере инклюзии, например объяснять, какие мифы о заболеваниях существуют и почему они ложные, считает Семин.

«Люди до сих пор боятся центров для детей с особенностями на первых этажах жилых домов, потому что считают, что ДЦП можно заразиться», — говорит Александр.

Семин также сказал, что важно говорить и с ребенком, который столкнулся с дискриминацией, — объяснить, что дело не в нем.

«Можно сказать ребенку: “Человек так поступил не потому, что ты с розовыми волосами, с тремя руками или с лишней хромосомой. Это вопрос к [чужим] человеческим качествам», —

сказал Александр.

Семин также подчеркивает, что в некоторых случаях с дискриминацией можно бороться юридическим путем. В России права людей с инвалидностью защищены 19-й статьей Конституции, статьей 3.1 ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ», а также 136-й статьей УК РФ.

Синкевич считает: в обществе также должны быть правила, что именно запрещено делать в отношении людей с инвалидностью. «Я сейчас говорю не об Уголовном кодексе, — поясняет она. — Если человек пройдет мимо и плюнет на меня, он не сядет в тюрьму, но я точно буду знать, что культура осуждает это».

По словам Пудовинниковой, важно, чтобы нормотипичные дети могли общаться со своими сверстниками с особыми потребностями. «Есть места, где семьи с детьми с особенностями получают нормальный прием и чувствуют себя нормально. Можно начать с них, — считает эксперт. — Конечно, через СМИ можно пытаться разговаривать [с обществом], если по-другому не получается».

В свою очередь руководитель инклюзивного центра «Тверская 15» Татьяна Тульчинская считает, что инклюзия стала частью повестки дня и есть много инструментов, чтобы ее продвигать. Начиная с изменений в законодательстве и заканчивая появлением инклюзивных пространств. «Но при этом мы крайне далеки от консенсуса в обществе по вопросу инклюзии, — замечает эксперт. — Чтобы общество относилось к этой проблематике спокойно, должно пройти достаточно времени. Как в анекдоте про газон, который надо подстригать двести лет. Мы можем какие угодно законодательные инициативы вводить, и, наверное, это будет хорошо, но пока наше общество к этому не готово».

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Публикации по теме

Загрузить ещё

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: