Такие дела

«Ты живешь за мой счет». Что такое экономическое насилие

Фото: Ales Nesetril / Unsplash.com

Что такое экономическое насилие

В 2019 году в России опубликовали для обсуждения законопроект о семейно-бытовом насилии. Правозащитники раскритиковали текст документа, а в 2020 году Совет Федерации отложил работу над ним в связи с пандемией. К законопроекту до сих пор не вернулись.

В первой версии документа его авторы описывают, что такое экономическое насилие. Согласно тексту законопроекта, это умышленное лишение человека жилья, пищи, одежды, лекарств и иных предметов первой необходимости, а также имущества и денег, на которые он имеет предусмотренное законом право. Помимо этого, в документе говорится, что к экономическому насилию относится преднамеренное уничтожение или повреждение имущества и отказ содержать нетрудоспособных лиц, «находящихся на иждивении». 

Подразделение Организации Объединенных Наций (ООН) «ООН-женщины», которое занимается вопросами гендерного равенства, расширяет это понятие. Согласно их определению, экономическое насилие включает в себя создание финансовой зависимости у своего партнера или родственника. Она может быть создана: 

Клинический психолог сети «ТыНеОдна» Елизавета Штода отмечает, что с точки зрения психологии экономическое насилие — это давление, абьюз, манипуляция на почве финансов. 

Читайте также «Женщин забивают насмерть руками и ногами: 58, 100 ударов». Как активисты создали алгоритм, позволяющий вести альтернативную статистику о жертвах домашнего насилия

«Например, прямой заработок приносит только муж, который распоряжается деньгами самостоятельно. Так и возникает ситуация полной зависимости от партнера, в которой очень удобно шантажировать и манипулировать этим, — говорит менеджер проекта и куратор волонтеров сети “ТыНеОдна” Ксения Фирсова. — На первый взгляд, это не критичные и ужасные ситуации, но потом, когда они раз за разом повторяются, женщина начинает чувствовать свою беспомощность и ничтожность на фоне таких манипуляций. По опыту наших обращений, часть женщин не могут уйти из абьюзивных отношений именно потому, что полностью финансово зависят от партнера и им банально некуда уйти». 

Эксперты отмечают, что чаще в такой ситуации оказываются женщины, которые «занимаются хозяйством и сидят дома с детьми», пока муж работает. Раз в два года Росстат выпускает сборник «Женщины и мужчины России». Его авторы приводят статистические данные по основным демографическим показателям — здравоохранение, образование, занятость и безработица. 

Последний раз сборник публиковали в 2021 году. Согласно информации, представленной в нем, в 2020-м:

Способствует этому, отмечает Фирсова, и гендерный разрыв оплаты труда. По данным сборника «Женщины и мужчины России 2020», мужчины в среднем получают на 27—31% больше, чем женщины.

Помимо этого, попасть в ситуацию экономического насилия могут пожилые, дети, люди с инвалидностью. 

Как распознать экономическое насилие?

«Женщины часто приходят на консультацию с вопросом: “Мой муж абьюзер? Или я ошибаюсь?” Само по себе появление такого вопроса — тревожный признак, ведь ключевое в любых отношениях между людьми — это состояние гармонии, счастья и радости. Любое проживание, которое с этим не соотносится, будет насилием. Как минимум по отношению к самой себе», — считает Елизавета. 

Читайте также Что делать, если столкнулся с насилием?

Семейный психолог Татьяна Уфимова добавляет, что тема денег может вызвать споры и разногласия в любой семье. Поэтому выявить абьюз бывает трудно. 

«Любое насилие — это демонстрация своего превосходства, — объясняет она. — Агрессору важно показать себя, а все, что делает жертва, свести на нет. Маркером обычно становится то, что агрессор списывает все достижения жертвы на нет. В итоге упреки и унижение есть, а вот помощи (условно, начать зарабатывать) — нет. Агрессор не может допустить, чтобы пострадавшая перестала быть в его подчинении». 

По мнению психологов, сначала пострадавшей стороне важно понять и осознать, что она находится в ситуации экономического насилия. Международная благотворительная организация Allstate Foundation создала проект Purple Purse, который посвящен проблеме финансового абьюза. Чтобы распознать экономическое насилие, они предлагают пройти чек-лист. 

Ваш партнер

Авторы чек-листа считают, что, если человек ответил да на один или несколько из этих вопросов, есть риск, что он подвергается экономическому насилию. 

Как выйти из ситуации экономического насилия

Вслед за принятием того, что пострадавшая сторона находится в ситуации финансового абьюза, необходимо наладить собственную субъектность, считают психологи. Например, попробовать устроиться на работу — посмотреть подходящие вакансии или для начала найти небольшую подработку. Можно попросить о помощи друзей. Кроме того, стоит попробовать предложить партнеру разделить финансы: например, выделить личный бюджет каждому. 

Читайте также Что делать, если вы подверглись сексуализированному насилию

«Если вас не выпускают из дома и физически не дают реализовать себя — это уже не экономическое насилие, а вполне физическое. Повод обратиться в полицию или как минимум к правозащитникам, которые проконсультируют вас и помогут», — говорит Уфимова. 

Экономический абьюз часто бывает не самостоятельной проблемой, а спутником других видов насилия. В такой ситуации насильственное поведение агрессора может проявляться во всем, говорит Фирсова. 

«Тяжелая связь между зависимым положением, физическим и психологическим насилием медленно уничтожает человека. К нам обращается большое количество пострадавших, где все эти факторы присутствуют», — рассказывает Ксения. 

Профилактика экономического насилия

Чтобы обезопасить себя от финансового абьюза, авторы проекта Purple Purse советуют парам заранее договариваться о том, как они будут вести бюджет.

Договоренности могут быть такими

Кристина

32 года, Красноярск

Мы познакомились, когда я училась на третьем курсе университета, а парень оканчивал магистратуру. После учебы он сразу смог устроиться на хорошую работу в банк. 

Позже, когда я перешла на последний курс, он предложил снять для меня квартиру: и к диплому мне готовиться спокойнее, и встречаться нам проще. Я сначала спорила — мне было неудобно, но потом согласилась. 

Вначале он был очень щедрым, хотя я никогда не настаивала на том, чтобы за меня платили, например, в кафе. Парень сам говорил: «Ну ты же еще не зарабатываешь, брось, мне не трудно». 

Изменилось все постепенно. Сначала во время ссор появилась фраза «ты живешь за мой счет». Когда в ответ я предлагала съехать с квартиры, он начинал отговаривать меня, настаивал, что все это глупости.

Время от времени давал мне деньги, просто оставлял на столе некую сумму. А потом приезжал ко мне и заглядывал в холодильник. 

«То есть я оставил тебе денег, а вместо курицы, чтобы нормально поесть, ты купила шоколадку Ritter sport?! А подешевле нельзя было взять?! Ну ты и расточительная!»

Меня это очень возмущало: «Зачем ты считаешь, на что я трачу деньги? Я ведь их никогда не прошу!» Но тут работает механизм газлайтинга: он прав — это же он оплачивает мою квартиру, он дает мне деньги, а я, неблагодарная, смею еще и отстаивать какое-то свое пространство. В общем, от Ritter sport я отказалась.

После того как я окончила университет, мы начали жить вместе. Я устроилась на работу по специальности — в научной сфере. Не особо высокооплачиваемую, нормальную. Но по сравнению с ним, конечно, я зарабатывала сильно меньше. 

Читайте также «Девчонки, мосты разводите?» Что такое сексуализированные домогательства и почему в России об этом никто не говорит

Каждый вечер я стала слушать, что ему за меня стыдно: как это так, его женщина ходит на работу, пашет там, а приносит какие-то копейки. Тут же подключилась и ревность — ведь на работу я наверняка хожу, чтобы там с мужиками общаться, ни один нормальный человек за такие копейки работать не будет.

Аргумент о том, что я могу заработать сама на ту же шоколадку, не работал — все должно быть во имя будущего семьи. А раз я не могу в достаточной мере зарабатывать, значит, надо сидеть дома и создавать уют. То, что работа нужна мне для самореализации, ему казалось смешным: какая реализация за копейки?

В конце концов я решила уволиться: какая может быть карьера в удовольствие, когда я такая неудачница? Я решила, что буду мониторить сайты с вакансиями, а пока побуду образцовой домохозяйкой. Сначала он был очень рад, постоянно повторял, что так гораздо лучше: я дома, на плите горячий ужин, в квартире чисто. Позже оказалось, что недостаточно чисто. 

«Ты же дома сидишь, ничего не делаешь, окна, что ли, помыть не могла? Палец о палец не ударишь». 

«Но разве ты не этого хотел?» — думала про себя я, но молчала. Я ведь и правда не работала. Он начал постоянно ставить мне это в вину.

Например, в пятницу мы решаем, как хотим провести выходные, — он хочет в бар, а я — в кино. И права голоса у меня нет: «Ты, что ли, заработала на билеты в кино? Вот как заработаешь, так и пойдешь, а сейчас будь добра проводить время, как я хочу». Попытки ходить куда-то без него воспринимались в штыки.

«Как это ты опять пошла по подругам? Вот Маша молодец, она сама прилично зарабатывает и может себе это позволить, а ты-то куда? Я почему должен это оплачивать?»

Так прошло несколько лет. В какой-то момент я будто очнулась: ведь от меня ничего не осталось. Этого не понять, если не был внутри: по шагу, по чуть-чуть ты все больше оказываешься в паутине, где места партнерству нет. 

Ты не замечаешь, как вдруг заканчиваешься ты сам и становишься лишь вечно неидеальным отражением чьей-то картины мира

Вот и я не заметила, как абсолютно потеряла себя. Я не общалась с друзьями, утратила рабочую квалификацию. Но главное — мне совершенно некуда было идти: у меня ни сбережений, ничего. 

Читайте также Нелюбимая Саша

В ответ на попытку обратиться к университетским подругам за помощью я слышала: «Ну а что ты хотела? Что тебе мешало работать? Мы, вообще-то, все эти годы этим и занимались. Кто тебя просил садиться на шею мужику?» И я понимала: они правы. 

Но я ушла. Уходить было очень страшно. Были скандалы, угрозы, унижения, о которых тяжело вспоминать. 

Сейчас у меня пунктик: я рассматриваю только партнерские отношения. Только сама. Если совместный отпуск, то каждый оплачивает сам. Потому что я понимаю: деньги — это не про материальную ценность. Это про право быть самостоятельной.


Куда обратиться за помощью?

Материал создан при участии Ксении Вахтиной.

Exit mobile version