Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться
Фото: Мария Григорьева для ТД

Шесть из семи сотрудников этого автосервиса ничего не слышат. Когда их спрашивают, как же они чинят машины, если в тех постоянно что-то стучит и шумит, мастера отвечают: «С помощью шестого чувства». Шутят, конечно. Но не совсем...

Автосервис слабослышащих находится в промзоне на окраине Челябинска. Пока я ехала на такси, перепутала цифру в адресе по улице Героев Танкограда — и мы заблудились. Я вышла среди бетонных конструкций и стала спрашивать у мужчин в робах, где здесь чинят машины мастера с потерей слуха. Местные округляли глаза, переспрашивали, подшучивали. Один попался, видимо, интеллектуал: «По вибрациям они их, что ли, ремонтируют, как Бетховен музыку писал?»

На самом деле так и происходит: мастера «слушают» машину через вибрации. Кладут руку на панель и ловят ритмы сердца автомобиля. Как китайские врачи по пульсу могут определить заболевание человека, так челябинские мастера чувствуют машину. Дело удивительное, но это факт.

Сергей
Фото: Мария Григорьева для ТД

Автосервису Deaf club custom уже три года. Открыли его Сергей Юнтер и Абдумажид Шоназаров. Оба слабослышащие, но говорящие. Речь Сергея со стороны напоминает французский язык: очень мелодичная, некоторые слова даже можно разобрать, но в целом, если не знать язык жестов, объясниться нам было бы невозможно. Поэтому встречать меня вышел единственный из команды автосервиса слышащий человек Равшан Юсуфхождаев. Он появился, когда я уже совершенно потеряла надежду выбраться из этих бетонных сооружений, кранов, рычания больших машин и грохота металла. Рядом с автомастерской людей с инвалидностью по слуху прессуют металл — звук долбит в самую маковку, я сжалась, хотелось все это быстрее проскочить, а Равшан посмеивался: он-то привык, а его коллеги всей этой технической какофонии не слышат.

Через переводчика

В ангаре, что занимает почти четыре сотки земли, на удивление чисто. Пахнет машинным маслом и чем-то интересным, вроде дезодоранта для салонов авто. Из рубки, где мастера ведут дела бумажные, вышел Сергей. Он совсем не похож на автомеханика, скорее на музыканта. Две серьги в ухе, стильная цепочка, модные майка и брюки.

— Вы всегда такой красивый на работе? — это я спрашиваю через переводчика Равшана. Спрашиваю и жутко стесняюсь, потому что не знаю, на кого из моих собеседников в этот момент смотреть.

 

В автомастерской
Фото: Мария Григорьева для ТД

Сергей читает по губам и знает язык жестов. Но, видимо, артикуляция у меня далека от совершенства — Сергей не очень понял, что я говорю, повернулся к Равшану, тот перевел. И потом беседа наша строилась как игра в испорченный телефон: я тянулась с вопросом к Равшану, тот, как умел, переводил. Сергей давал какой-то ответ. Мне надо было развернуто, с деталями и подробностями, а парням непонятно, зачем эти подробности, когда у них все по Чехову: краткость — сестра таланта.

В автомастерской

В автосервисе есть бумага и ручка. Стучит у тебя мотор, так, в два слова, и напиши. А дальше они разберутся. Положат руку на больное место, погладят взглядом, поколдуют на своем жестовом языке. А иногда и понюхают. Как известно, если одно чувство у человека забрать, то другие стараются его компенсировать. Здесь все именно так слух замещают: тонкое тактильное восприятие, запах, острое зрение и волшебство.

И главный волшебник тут Сергей Юнтер.

Волшебник по машинам

В детстве Сергей слышал как все. У его родителей — инвалидность по слуху, и то, что сын мог поднять трубку телефона и передать маме жестами, что там говорят, было для семьи маленьким личным счастьем. Потом Сергей заболел гриппом, и осложнения ударили по слабому месту — по ушам. Слух уходил медленно, словно кто-то прикручивал ручку транзистора. Вначале звук шел как будто бы из другой комнаты, потом — из-за закрытой двери, к подростковому возрасту пришла абсолютная тишина.

В автомастерской
Фото: Мария Григорьева для ТД

Если бы Сережа рос в слышащей семье, наверное, это было бы бедой, а так — перешел с обычного языка на жестовый, и дни покатились дальше. Он учился в школе-интернате для детей с нарушениями слуха, поступил в ПТУ-2 (училище-интернат для детей с инвалидностью). Одиннадцать лет проработал краснодеревщиком, потом переехал в Магнитогорск, устроился на металлургический комбинат модельщиком, затем снова Челябинск и опять завод. Сергей от природы технически одаренный человек, у него есть то, что называется «глаз»: инженерное мышление и чуйка. Но когда он приходил устраиваться куда-то, протягивал бумажку с написанными буквами или на пальцах пытался объяснить, что не дурак, начальники чаще всего кривились. Глухота была как клеймо: не слышишь — значит работать как все не сможешь. И если его принимали куда-то, приходилось переступать через себя, доказывать, что он может не просто работать, а работать лучше, чем слышащие. Детали получались аккуратнее, и с техническими задачами Сергей справлялся гораздо быстрее.

Равшан в автомастерской
Фото: Мария Григорьева для ТД

— Мой папа был автослесарем, он пропадал в гараже, и я с ним: смотрел, что отец делает, и старался повторить. Сам собрал велосипед «Урал» — он у меня получился очень крутой. Потом мопед собрал, пацаном еще был, потом пошли двигатели, — рассказывает Сергей через Равшана.

Равшан
Фото: Мария Григорьева для ТД

В девятнадцать лет Сергей получил права и купил «восьмерку». Машина — одно название, груда железа. Но он попыхтел, подумал и сделал из нее, как говорили в те времена, лялю. Потом была «девятка». Сергей прокачал ее до того состояния, что можно было отправляться на авторалли, стал участвовать в гонках. Юнтер любит скорость, мощные машины и в душе немного авантюрист.

На новый уровень

История с автомастерской слабослышащих тоже кажется авантюрой. Выросла она из обычного гаража, в который пригоняли чинить свои машины друзья и знакомые. В гараже работали Сергей и Абдумажид. Оба немало поскитались по заводам и предприятиям, где их не раз «макнули» по поводу глухоты. Потом у Сергея была попытка открыть свою автомастерскую с соучредителем, но его кинули — и мастер опять остался ни с чем. А тут старый знакомый, Абдумажид — попробовали работать вместе, к делу подходили ответственно и три шкуры с клиентов не драли. А если заказ был интересный (затюнинговать что-то, прокачать до неземного уровня) — могли сделать приличную скидку.

В автомастерской
Фото: Мария Григорьева для ТД

Когда машины на починку стали записывать в очередь, Абдумажид предложил вывести их хобби на достойный уровень. Получалось, что сразу убьют двух зайцев. Будут делать то, что умеют и любят, и уже официально возьмут к себе в мастера таких же, как они, неприкаянных, но технически одаренных парней. Так в коллективе появился Владимир Серков. Ему сорок три года, в сорок один он круто поменял свою жизнь: приехал в Челябинск из Магнитогорска по приглашению автосервиса неслышащих. Там он работал на автомойке, делал мебель, а здесь растет как автомеханик. Похожие истории у двух других мастеров. Скоро из Таджикистана прибудет еще один рукастый автослесарь.

В коллективе есть девушка — Любовь Михайлова, жена Абдумажида, она занимается бухгалтерией и бумажными делами и тоже с инвалидностью по слуху.

Проект Deaf club custom стартовал в марте 2018 года. Вначале никаких особенных технических приспособлений здесь не было, спасались лайфхаками гаража, опытом и чуйкой. Но через пару месяцев оперились, начали закупать современное диагностическое оборудование, станки, плазморез — и дело вышло на новый уровень. Теперь в мастерской могут сделать из обычных «Жигулей» вездеход, луноход — что угодно.

Юмор на жестовом языке

Чтобы принимать заказы и объясняться со слышащими клиентами, взяли диспетчера. Ее звали Лиля, в прошлом она фитнес-тренер, получила травму — и надо было заново искать место под солнцем. Лиля пошла в центр инклюзивного образования, выучила пение жестами и даже выступала в филармонии. Когда пришла на работу в эту мастерскую, удивилась тому, как тут все устроено. Особенно ее поразили люди: стойкие, как оловянные солдатики, и невероятно юморные. Слышащему сложно понять юмор на жестовом языке, а они то и дело покатываются со смеху.

Тишина, тишина, а потом взрыв хохота — и даже если ты не в теме, все равно хорошо: кажется, что все здесь идет правильно и теплые человеческие вибрации распространяются и на машины.

Владимир, имеющий инвалидность по слуху и не говорящий, работает в мастерской третий год
Фото: Мария Григорьева для ТД

Лиля отработала в мастерской около двух лет. Теперь ее место занял Равшан, сын одного из механиков. Его пригласили из Питера, потому что так легла карта: Равшан работал таксистом в Северной столице, но во время пандемии приехал к отцу (тот тоже работает в мастерской) и остался в Челябинске. Мама у Равшана говорящая, а папа потерял слух в детстве из-за врачебной ошибки. Равшан раньше жестовый язык не любил, а тут пришлось учить в полевых условиях. И язык, и автослесарное дело. Если надо что-то послушать именно ухом, помогает Равшан или мастера из соседнего автосервиса. Коллективы слабослышащих и слышащих дружат и общаются.

Владимир, имеющий инвалидность по слуху и не говорящий, работает в мастерской третий год
Фото: Мария Григорьева для ТД

Как? С помощью ватсапа. Для неслышащих это такое же важное изобретение человечества, как колесо. Сергей рассказывает, что раньше говорить с «обычными людьми» ему было очень накладно: вначале платил за сообщения по пейджеру — кому-то писал на листике, что хочет сказать по телефону, они передавали. Потом часть заработков уходила на эсэмэски. А теперь, с ватсапом, все быстро, технично и коротко.

Творческий подход

Главная фишка автосервиса для людей с потерей слуха сегодня — творческий подход. Чем сложнее поломка, тем интереснее с ней работать. Поэтому к ним едут вереницей слабослышащие таксисты, люди, которые купили корпус на колесах для дачи, люди с обычными поломками и автолюбители, что хотят реставрировать раритетные авто. Соотношение неслышащих клиентов и слышащих — половина на половину.

Если обычный автомеханик злится, когда клиент лезет во время работы мастера под капот, то в Deaf club custom это считается нормой: человеку покажут больное место и коротко опишут проблему электронными буквами. И не будут навяливать лишнего и усложнять, чтобы побольше заработать. Но если клиент капризничает, требует поставить дешевые автозапчасти вместо хороших, в мастерской отказываются: не хотят портить репутацию.

В автомастерской
Фото: Мария Григорьева для ТД

— Часто бывает такое, что к нам приезжают клиенты, которым не помогли в других местах. Один мужчина запомнился, у него была проблема с хомутом. Есть руль, а на нем хомут, он был слабо затянут, — объясняет мне на пальцах Сергей. — Я посмотрел и подтянул его. Клиент говорит: «Как вы это нашли? Сколько это стоит?» — «200 рублей». Он так удивился, обрадовался и стал нашим постоянным клиентом.

— А женщины-клиентки? Мы же мало разбираемся в железках, и нас чаще всего обманывают в автосервисах…

— Нет, это некрасиво, мы так не делаем, — хмурится Сергей. Равшан переводит. — Одной девушке на «Ниссане» сказали, что надо все менять. А там проблема была в тросике. Мы быстро починили, она уехала, а потом снова приехала, но уже с тортиком.

— А бывает, что человек находит вас по интернету, не понимает специфики, а на месте разворачивается и уезжает?

— Редко, но бывает. Значит, не наш человек, — улыбается Сергей. — Мы привыкли к такому и не расстраиваемся.

* * *
Большая часть нашей беседы на пальцах была посвящена тому, как трудно сегодня устроиться на хорошую работу людям, пользующимся жестовым языком. Их могут взять грузчиками, в такси или — совсем уж редкий случай — на кассу магазина. А в целом в Челябинске они могут прийти на завод, в городе работает техникум-интернат для людей с инвалидностью, который готовит мастеров рабочих специальностей. В других городах с обучением и устройством слабослышащих дела обстоят гораздо хуже. Сергей вспоминает Советский Союз, где не было оптимизаций и сокращений профильных учебных заведений и где его родители могли не переживать за будущее своих детей. Теперь же надежда только на удачу. Что где-нибудь появится вот такой Deaf club custom или мастерская по ремонту обуви или ателье. У неслышащих острое зрение и образное мышление — если развивать это мышление, они могут создавать более интересные вещи, чем слышащие. Но кому это сегодня интересно?

Юнус, отец Равшана, у ворот автомастерской

— У вас есть дочка. Не переживаете за ее будущее?

— Нет. Ей пока четыре года. Она слышит. Слух сильно влияет на жизнь. Хочется, чтобы у нее было больше возможностей, но, если что, я ей помогу.

Автомастерская Deaf club custom в прямом переводе означает «Обычный клуб слабослышащих». Сергей мне это так и перевел, он автор названия. Но я все-таки обратилась за вариациями к профессиональным переводчикам. Один ответил, что Deaf club custom — это «Традиции клуба слабослышащих», второй — что «Обслуживание в клубе слабослышащих». Все три варианта по сути верные. Здесь есть и традиции, и обслуживание, и обыденность, в которой людей с проблемами слуха вроде бы не ждали, но они есть. И делают свое дело, и чинят машины, и объединяются, и живут. Несмотря на стуки в моторах, проблемы с ходовой и потому, что у них просто нет другого выбора.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Вы можете им помочь

Помогаем

Всего собрано
1 902 975 259
Все отчеты
Текст
0 из 0

Владимир, Равшан и Юнус

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Сергей

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

В автомастерской

В автомастерской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Равшан в автомастерской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Равшан

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

В автомастерской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Владимир, имеющий инвалидность по слуху и не говорящий, работает в мастерской третий год

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Владимир, имеющий инвалидность по слуху и не говорящий, работает в мастерской третий год

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

В автомастерской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

Юнус, отец Равшана, у ворот автомастерской

В автомастеской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0

В автомастеской

Фото: Мария Григорьева для ТД
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: