Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

Лечение вне закона: почему тысячам россиян приходится покупать препараты под угрозой уголовного дела?

В России ежедневно тысячам людей приходится добывать незаконными способами лекарства, которые не зарегистрированы в стране. Все они потенциально могут стать фигурантами уголовного дела по «антинаркотической» статье.

Впервые уголовное дело из-за незарегистрированного лекарства было возбуждено в июле 2018 года против матери ребенка с инвалидностью. Тогда родители и НКО обратились к президенту Путину с просьбой о помощи. Спустя год, 2 августа, суд направил на принудительное лечение девушку, заказавшую антидепрессант в интернете.

Почему за год ситуация почти не сдвинулась с мертвой точки и россиянам до сих пор приходится нарушать закон — в материале ТД.

Фото: Алексей Куденко/РИА Новости

Под угрозой тысячи

В конце января 2015 года вступили в силу статьи 238.1 УК и 6.33 КоАП, регулирующие ввоз в Россию незарегистрированных лекарственных препаратов. Под запретом оказались жизненно важные медикаменты, необходимые при лечении психических расстройств и онкологических заболеваний. Кроме того, запрет коснулся лекарств, необходимых людям с редкими (орфанными) заболеваниями. Не у всех лекарств есть российские аналоги, и даже если они существуют, то могут оказаться менее эффективны для конкретного пациента или вызывать побочные эффекты.

Многим родителям пришлось покупать лекарства, которые действительно помогали их детям, незаконно: через соцсети, форумы и доски объявлений. Статистики по объемам этого неофициального рынка нет, но, по оценке директора благотворительного фонда «Дом с маяком» Лидии Мониавы, только незарегистрированные противосудорожные препараты в стране получают несколько тысяч детей. Их родители ежедневно покупают у перекупщиков лекарства из-за границы.

Впервые «антинаркотическая» статья 228.1 УК РФ затронула родителей тяжелобольных детей в июле 2018 года. Уголовное дело было возбуждено против Екатерины Конновой, матери семилетнего мальчика, у которого полностью поражен мозг и отсутствует пищевод. Женщина пыталась перепродать оставшиеся после курса лечения сына микроклизмы от эпилептических приступов диазепам, которые она приобрела в интернете. При передаче денег за препарат ее задержала полиция: женщине грозило от четырех до восьми лет лишения свободы.

Дело Конновой широко освещали СМИ. За нее вступились общественники и чиновники, в том числе председатель комиссии Общественной палаты РФ по поддержке семьи, материнства и детства Диана Гурцкая и омбудсмен РФ по защите прав детей Анна Кузнецова. Петиция с требованием закрыть уголовное дело набрала почти 290 тысяч подписей. В итоге дело было прекращено и с Конновой были сняты все обвинения.

ТД связались с мамой мальчика, чтобы узнать, как обстоят дела с лекарствами для ее сына на сегодняшний день. «За год ситуация стала только хуже, — отметила Коннова. — Мы все ждем обещанного от здравоохранения, когда они либо лицензируют лекарства, либо проведут централизованные покупки, либо сами начнут их выпускать».

Долго и муторно

20 августа 2018 года, после задержания Конновой, фонд помощи хосписам «Вера», Детский хоспис «Дом с маяком» и родители неизлечимо больных детей и детей с эпилепсией попросили Владимира Путина обеспечить их жизненно важными лекарствами согласно международным стандартам паллиативной помощи.

Президенту направили собранный благотворителями реестр из 1,7 тысячи семей, где детям необходимы незарегистрированные противосудорожные препараты. Помимо этого списка, в ректальном диазепаме и других противоэпилептических препаратах, по данным хосписов, нуждаются по меньшей мере 23 тысячи детей. При этом министр здравоохранения Вероника Скворцова заявляла год назад, что эти лекарства нужны всего семи детям в стране.

В ответ на обращение НКО Министерство здравоохранения отметило, что не зарегистрированное в РФ лекарство можно законно ввезти в страну в пятидневный срок «в случае соответствующего решения врачебной комиссии». В ведомстве сообщили, что ввоз лекарств для личного использования по рецепту врача «осуществляется без дополнительных ограничений».

Директор по методической работе Детского хосписа «Дом с маяком» Наталья Савва, комментируя итоги обращения в Минздрав, рассказала, что им «все пообещали и на этом вопрос заглох», в том числе из-за юридических коллизий. По словам специалиста, единственным возможным вариантом получения незарегистрированных препаратов остается консилиум врачей федерального лечебного учреждения, однако и он не работает. «Мы решили всех детей вынести на федеральный консилиум и вместе пройти этот путь от начала и до конца, чтобы понимать, какие там есть заморочки и как их стоит решать», — отметила Савва.

Представители пациентских организаций также жалуются, что консилиум врачей не назначает незарегистрированные лекарства, а весь процесс занимает очень много времени. Отец девушки с редким заболеванием «альтернирующая гемиплегия» Павел Шемрикович рассказал ТД: чтобы добиться получения необходимого препарата флунаризин, его дочери необходимо провести месяц в неврологической больнице и пройти консилиум. «При этом и для того, чтобы лечь в больницу, нужно пройти через множество преград, — подчеркнул он. — Нужно собрать все справки, доказать, что вы не инфицированы, выбить место — это тоже целая история. Мы добивались разрешения одного лекарства на протяжении полугода, сейчас ожидаем консилиум, который не ясно, разрешит ли его в итоге».

Шемрикович добавил, что их обеспечивают за государственный счет бесплатными лекарствами — аналогами зарубежных препаратов, — но они не помогают его дочери. «Мы оказываемся в западне: либо травить детей плохими лекарствами, либо купить хорошую вещь, зная, что это уголовная ответственность. Большинство родителей выбирают второй вариант. Когда мы говорим о быстрой помощи, мы должны понимать, что у нас каждая минута на счету», — сказал Шемрикович.

Каждый день — это здоровье ребенка

В августе 2018 года Минздрав пообещал проработать три механизма обеспечения детей обезболивающими препаратами и другими лекарствами, не зарегистрированными в России. Первый предложенный ведомством механизм — импортозамещение, второй — подключение сети аптек с производственными блоками для приготовления лекарств, а третий — централизованные закупки таких препаратов. В целом вопрос «выпуска (ввоза) коммерчески невыгодных лекарственных препаратов, в том числе ректальной формы сильнодействующих противоэпилептических и обезболивающих лекарственных препаратов», министерство обещало решить до 2030 года.

«Такие дела» обращались за комментарием в Министерство здравоохранения, чтобы понять, какие результаты были достигнуты за год в применении этих схем, однако получить ответ от ведомства не удалось.

Савва рассказала ТД, что после обещаний Минздрава в России было начато собственное производство некоторых простых препаратов. Однако по-прежнему остаются те сложные лекарства, которые не зарегистрированы в стране и которые приходится покупать нелегально за рубежом.

«Системное решение одно — мы должны зарегистрировать эти препараты и сделать это как можно скорее, потому что каждый день — это здоровье ребенка или его жизнь»

Даже несмотря на упрощенную процедуру регистрации препаратов для редких болезней, существуют «некие государственные препоны», добавил исполнительный директор Союза пациентов и пациентских организаций по редким заболеваниям Денис Беляков.

«Эти препараты застревают у нас и не появляются на российском рынке в зарегистрированном статусе, потому что они проходят сложную процедуру инспекции производственных площадок. Процесс отказов, которые делает им Минпромторг, увеличился в десятки раз за последние годы», — сообщил эксперт. Он отметил, что чиновники могут сделать благоприятным появление и оборот незарегистрированных препаратов, потому что «прежде всего государство заинтересовано в том, чтобы эти препараты появились у нас в каком-либо статусе».

Что касается централизованных закупок, то, по мнению Белякова, добиться получения лекарств можно только с помощью судебных исков. «У нас есть некая законодательная коллизия, которая ограничивает государственные закупки. Правил просто нет, поэтому чаще всего эта история [с получением незарегистрированных лекарств] реализуется путем судебных исков к региональным минздравам — и спустя 3-6-9 месяцев получается судебное решение и препарат закупается», — рассказал Беляков.

По его словам, проблема возникает, когда необходима экстренная терапия и препарат нужен в ближайшие дни. Одним из вариантов решения этого вопроса может стать поездка родителей пациента за границу при наличии разрешающих документов, но на это нужны деньги.

Уголовные дела продолжаются

Несмотря на то что дело Конновой было прекращено, угроза возбуждения уголовного дела в отношении тех, кто покупает незарегистрированные лекарства, никуда не делась.

В апреле была задержана 24-летняя екатеринбурженка Дарья Беляева. Девушка, которой врачи поставили диагноз «шизотипическое расстройство личности», приобрела в интернет-аптеке Польши антидепрессанты «Элонтрил», в состав которых входит вещество бупропион. Беляеву задержали сотрудники таможни во время выхода из почтового отделения с посылкой. Экспертно-криминалистическая служба таможенного управления посчитала, что бупропион — производное запрещенного наркотического средства эфедрон, который входит в перечень запрещенных наркотических веществ. При этом еще до 2016 года элонтрил можно было найти в российских аптеках.

31 июля Беляевой предъявили обвинение по части 2 статьи 228 УК РФ (приобретение и хранение наркотических средств в крупном размере) и части 3 статьи 229.1 УК РФ (контрабанда наркотических средств в крупном размере). 2 августа суд направил ее на принудительное медицинское освидетельствование в психиатрический стационар.

Психоактивистка Саша Старость рассказала ТД, что замена реального срока принудительной госпитализацией только хуже. «Принудительная госпитализация не ограничена во времени. Шесть месяцев — это лишь условный срок, который вы обязаны находиться в психиатрической больнице, но это вообще не означает, что после него вас выпустят. Если у тюремного срока есть какие-то четкие границы, то у принудительной госпитализации их нет», — прокомментировала она.

16 июля в Москве сотрудники таможенной службы задержали на почте во время получения посылки Елену Боголюбову, мать мальчика с редким генетическим заболеванием. Женщина заказала через интернет жизненно необходимый для ее сына, но не зарегистрированный в России, противосудорожный препарат фризиум. Ей грозила уголовная ответственность за контрабанду запрещенных веществ, несмотря на то что у Боголюбовой было заключение консилиума о том, что такие лекарства необходимы для лечения ее ребенка, и бумаги, подтверждающие его диагноз. После широкой огласки в СМИ и вмешательства основательницы фонда помощи хосписам «Вера» Нюты Федермессер полиция не стала заводить дело против нее. Материалы проверки были возвращены в таможенное управление.

«С меня сняли все обвинения, но вопрос о приобретении препарата до сих пор не решен. Я жду сейчас информации о закупке препарата по месту медицинской организацией, но я не знаю таких мам, у которых бы это получилось. Или получали мамы решение консилиума, но им не закупали препараты, или им отказывали делать заключение консилиума. Из 600 мам из “Дома с маяком” ни у кого не получилось пройти по этой схеме», — сказала ТД Боголюбова.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ
Все новости
Новости
Загрузить ещё
Текст
0 из 0

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: