Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Подписаться

«Дети приходят, дети уходят»

Фото: Лиза Жакова для ТД

Каждый год в России стены сиротских учреждений покидают тысячи молодых людей. Их дальнейшая жизнь очень сильно зависит от общения со старшими и внимания, которое они получили до совершеннолетия. Выпускники карельских детских домов в 2015 году организовали сообщество, которое теперь помогает социализироваться другим сиротам. Но в последние годы работать им становится все сложнее — из-за изменений в системе

Саша сидит за длинным столом и с аппетитом уплетает суп из пластикового контейнера.

— С пяти утра ничего не ел, — объясняет он с обезоруживающей улыбкой актера Яценко.

— Ты открой, там пирог, — подталкивает к Саше еще один контейнер Галина Власова, директор благотворительного фонда «Материнское сердце». — Пирог для тебя с капустой!

— Это я люблю! — еще шире улыбается Саша.

— Так я знаю, Саша, что ты любишь.

Сейчас Саша, выпускник детского дома, редко заходит в фонд. Ему двадцать три года, и он очень занят на работе. Саша — водитель-экспедитор, целыми днями он мотается на грузовике по Петрозаводску и районным центрам, развозя продукцию местного молочного завода.

Саша, подопечный фонда «Материнское сердце»
Фото: Лиза Жакова для ТД

Несколько лет назад Саша бывал в фонде «Материнское сердце» едва ли не каждый день: волонтерил в молодежной инициативной группе «Руки добра» вместе с другими бывшими подопечными фонда, постоянно навещал детский дом, помогал его жителям социализироваться. 

О жизни в сиротских учреждениях Саша знает очень хорошо: вместе с младшим братом Егором они провели в них большую часть детства. Периодически маме удавалось забирать их домой — в деревянный барак без воды и централизованного отопления, но братья неизменно возвращались в систему. 

«Ей негде было нас содержать»

Отца Саша и вовсе не знает: помнит только, что тот как-то обещал купить им с братом на Новый год радиоуправляемые машинки, но больше так и не пришел.

Одно время все вместе они жили в квартире «дяди Коли» — маминого нового мужчины, но тот увидел, как Егор втихаря лезет в мамин карман. Детей снова отправили в приют — мама пошла в опеку и написала отказ, таков был ультиматум мужчины. Когда ее лишили родительских прав, они с дядей Колей расписались — и сейчас живут неподалеку от Саши.

«Мама понимала, что в нашей квартире сами мы не сможем жить. Тем более мы тогда маленькие были, какое нам там жить, это ж вообще. И вот она не хотела, ей просто негде нас было содержать».

Юлия и Александр
Фото: Лиза Жакова для ТД

Большинство российских детей-сирот оказываются в системе учреждений при живых родителях. И для некоторых переезд в детский дом становится настоящим спасением. Александр (будем называть его Александром, чтобы не путать с Сашей. — Прим. ТД), еще один волонтер из объединения «Руки добра», попал в приют в семь лет. Его мать злоупотребляла алкоголем и фактически отдала детей на попечение государства, но сейчас сын ее за это не винит.

«[То, что я попал в детский дом] однозначно хорошо. Поэтому и нет никаких упреков, что она сдала меня, — говорит Александр. — Если не справляешься, лучше так. Все равно ты мне точно ничего не дашь. В детском доме мне даже посчастливилось съездить в Финляндию, в Швецию. Не знаю, что выросло бы из меня, если бы я рос в неблагополучной семье».

Вышли из детского дома и не захотели расставаться

Как и Саша, Александр с теплом вспоминает детский дом, воспитателей и особенно волонтеров «Материнского сердца», которые регулярно приходили к своим подопечным, устраивали мастер-классы, выезжали с ними в город, ходили на экскурсии и просто общались — делали все то, чего так не хватает воспитанникам детских домов, замкнутым в своем мире, ограниченном забором учреждения.

Александр, подопечный фонда «Материнское сердце»
Фото: Лиза Жакова для ТД

Лидером волонтеров была и остается Татьяна Смирнова. «Когда я пришла работать волонтером в детский дом году в десятом, там были мальчишки такие, десять-одиннадцать-двенадцать лет. На наших глазах они выросли», — рассказывает Татьяна. 

«Мы работали по месячному плану с детьми, и ребята очень привыкли к нам. У нас определенные волонтеры были закреплены за определенными группами детей. Когда складывается длительное общение, дети раскрываются, доверяют, мы подружились. И когда уже им исполнилось восемнадцать и больше, когда они вышли из детского дома, то просто не захотели расставаться. Так вот и вышло, что мы объединились. То есть в детский дом волонтерами пришли уже выпускники», — вспоминает Смирнова.

Волонтерское объединение «Руки добра» при поддержке «Материнского сердца» организовали в 2015 году. И теперь уже выпускники детских домов сами приходили в свои же учреждения, общались с воспитанниками, устраивали праздники, проводили мастер-классы, выбирались вместе с подопечными на городские мероприятия.

На тот момент все активисты-выпускники были по несколько лет знакомы с «Материнским сердцем», а некоторые, например Саша, успели пожить в так называемой социальной квартире фонда — специальном помещении для социальной реабилитации подростков-сирот. Такая квартира, необходимая для подготовки к самостоятельной жизни, сначала работала на базе детского дома № 4, а после его закрытия — на территории Петрозаводского автотранспортного техникума, который как раз окончил Саша.

Одной из первых жительниц социальной квартиры «Материнского сердца» была Юля — самая старшая участница объединения «Руки добра». Сейчас Юле двадцать семь лет, с 2019 года она работает в фонде на позиции секретаря-референта, но по факту делает гораздо больше, в том числе ведет совместный с фондом «Хранители детства» проект по профориентации для подростков-сирот.

Юлия, бывшая подопечная фонда, оставшаяся в нем работать
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Я попала в социальную квартиру, когда мне уже было восемнадцать, в одиннадцатом классе, — рассказывает Юля. — Было интересно, особенно в период экзаменов: надо самой себя разбудить, саму себя отправить — это такой интересный опыт был».

Благодаря волонтерам, которые помогали готовиться к экзаменам, Юля поступила в вуз на педагога дошкольного образования и стала сотрудничать с «Материнским сердцем». Ее детский дом к тому моменту закрыли, социальная квартира переехала в техникум, а Юля начала работать в ней наставником. Параллельно на акциях фонда она познакомилась с другими выпускниками-волонтерами.

«Спустя какое-то время мы стали собираться, думать, какой мастер-класс будем проводить или какой фильм или мультик показывать детям. Начали ходить в детский дом. Ровно в тот момент, получается, мы сделали инициативную группу “Руки добра”, — рассказывает Юля. — Сейчас ребята не так часто взаимодействуют с детским домом, но несколько раз в год кто-то туда приезжает, участвует в наших мероприятиях. Не еженедельно, конечно, как мы раньше собирались, но все-таки».

«Все поменялось колоссально»

Волонтеры фонда стали реже бывать в детских домах не только потому, что они выросли, сосредоточились на учебе и работе. Появление инициативной группы совпало с масштабной реформой сферы государственной заботы о детях-сиротах. После принятия «закона Димы Яковлева» и отмены иностранного усыновления власти стали стимулировать граждан брать на воспитание детей-сирот. Теперь детские дома начали переформатировать в центры помощи детям, оставшимся без попечения родителей, или центры семейного устройства. Сейчас дети могут находиться в них не больше полугода

Юлия и Александр
Фото: Лиза Жакова для ТД

Карелию с 2016 года этот процесс тоже затронул. Учреждения постепенно закрывались, их объединяли с реабилитационными центрами и открывали центры помощи. Важная особенность центров помощи — специалисты в них работают не только с ребенком, но и с семьей, а если родителей нет или они лишены прав, то ищут приемную семью.

«На самом деле система найдена, — считает Галина Власова. — Конечно, не все получается. Первые три года было очень большое количество возвратов [взятых под опеку детей], и мы стали думать, что с этим делать. То есть не все на самом деле получается так, как нам хотелось бы».

По словам Галины Алексеевны, несмотря на формальные правила, некоторые дети все равно живут в центрах помощи годами, а другие приезжают туда на короткие сроки по несколько раз. Такой подход привел к текучке в обновленных детских домах: группы детей постоянно меняются, смешиваются и перетасовываются.

Галина Власова, директор фонда
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Раньше мы постоянно там зависали, я приходил во второй детский дом, там же, где и жил, — рассказывает Саша. — Мы проводили киноклубы, игротеки, брали детей и выходили постоянно куда-то в город. Но мы как раз застали тот момент, когда эта реформа произошла, когда детский дом стал центром. Естественно, все поменялось колоссально. И состав детей, и их поведение, манеры. Сейчас получается, что дети приходят, дети уходят, нету постоянного».

Из позитивных изменений Саша отмечает только свежий ремонт, который сделали после преобразования детского дома в центр помощи, но говорит, что былой домашней атмосферы сейчас в нем нет. Соответственно, и выстроить долгосрочные отношения волонтер — подопечный уже не получается. Поэтому из волонтеров детских домов участники объединения полностью превратились в волонтеров фонда: они помогают в организации крупных мероприятий, перевозке продуктов и вещей, веб-дизайне и так далее — делают все что могут для «Материнского сердца», которое помогло им выбраться во взрослую жизнь с минимальными потерями.

«Внешняя помощь очень помогает. Чем больше положительных эмоций ты обретаешь в детстве, в подростковом возрасте, тем лучше получается, — уверен Александр. — В детском доме тоже же разные ребята есть, есть индивиды, которые выделяются плохим поведением. И вот главное — дать понять, что есть альтернатива, что можно не так, что можно по-другому. Нужны живые примеры, общение с внешним миром. А когда приходят волонтерами ребята, которые сами выпускники детского дома, мне кажется, это дает дополнительный стимул».

«Камнем кинуть, ножом зарубить»

У всех участников группы «Руки добра» жизнь после детского дома сложилась относительно успешно, некоторые выпускники даже получили высшее образование, что для детей-сирот большая редкость. У Юли неполное высшее: на четвертом курсе она ушла в академический отпуск и больше не вернулась. Полностью погрузилась в работу фонда, параллельно прошла переподготовку по специальности «секретарь, специалист по кадрам».

Юлия и Александр
Фото: Лиза Жакова для ТД

Александр по образованию повар-кондитер, после колледжа он долго работал на юге — во всероссийском детском центре «Смена», педагогом-организатором и завхозом. А полгода назад вернулся в Петрозаводск, чтобы получить от государства квартиру, устроился продавцом-консультантом в «Леруа Мерлен».

Про Сашу я уже рассказывал — он совершенно доволен работой водителя-экспедитора, потому что с детства обожает технику и много времени уделяет любимой «шестерке» жигулей.

Но, например, его младший брат Егор, наоборот, не справился со взрослой жизнью. Еще до совершеннолетия он был осужден за кражу, а вернувшись из заключения и выйдя из детского дома, продолжил вести асоциальный образ жизни и, со слов брата, употреблять наркотики. Как и Саша, Егор получил от государства квартиру, но накопившиеся на книжке алименты от мамы и государственные пособия потратил почти сразу — обычное дело для выпускников сиротских учреждений.

«У меня и других ребят вышел какой-то интерес в жизни, а Егор был от группы детей, у которых интерес — погулять, пошляться где-то, ночной образ жизни вести, бродячий, — объясняет Саша. — Он вот не работает сейчас. Бывает, выходит на работу, потом приходит с работы и говорит: “Мне надоело, я ей [работодательнице. — Прим. ТД] лицо набью, она нам деньги не дает”. И вот такое у него получается видение жизни: что не так — всё. Камнем кинуть, ножом зарубить».

Саша, подопечный фонда «Материнское сердце»
Фото: Лиза Жакова для ТД

Точной статистики относительно судьбы выпускников сиротских учреждений на федеральном уровне нет, существуют только локальные исследования. В Карелии такой мониторинг проводился фондом «Материнское сердце» при поддержке министерства образования республики в 2013—2014 годах. Специалисты изучали социальную адаптацию 208 выпускников детских домов Карелии (50 процентов от общего количества выпустившихся) и пришли к выводу, что качественно адаптироваться к самостоятельной жизни не может больше половины из них. Поэтому такая судьба, как у Егора, далеко не редкость. 

«Среди тех, с кем я общаюсь, все живут более-менее, — говорит Юля, которая покинула детский дом как раз в 2013 году. — Но это потому, что других уже либо нет в живых, либо они в тюрьме, либо побираются ходят».

«Свой человек»

Когда смотришь на энергичных, молодых и веселых волонтеров из объединения «Руки добра», проскальзывает ощущение, что, возможно, состояться в жизни им помогла собственная внутренняя сила, а не помощь извне. Но каждый из них с уверенностью говорит, что выкарабкаться без поддержки волонтеров было бы если и не невозможно, то безумно сложно.

«Я на своем же опыте говорю, что нужно именно наставничество, индивидуальное сопровождение, свой человек. Если оно есть, ребенок будет намного успешнее», — объясняет Юля.

В последние годы Юля сама выступает в роли наставника. В рамках проекта профориентации она много общается с нынешними подопечными центров помощи и понимает, что, будь такой проект в ее жизни, она смогла бы точнее выбрать профессию, не пришлось бы бросать институт. А так выбирала по принципу «люблю детей — пойду в педагогический».

Юлия, бывшая подопечная фонда, оставшаяся в нем работать
Фото: Лиза Жакова для ТД

В этом году проект в Карелии только стартовал, в нем принимают участие около двадцати детей, которые сейчас выбирают, куда поступать и что делать со своей взрослой жизнью. И в этом смысле Юля для них — настоящий авторитет, равный консультант, который знает, как это сложно — устраиваться во взрослом мире, когда ты совсем один.

«Сейчас в учреждениях их покормили, одели, обули и выгнали на учебу. Даже нет того, чтобы пойти, там, поделиться с кем-то своими мыслями, переживаниями. У меня [в юности] были друзья-подруги, которые, например, с мамой тесно общаются, могут довериться, могут раскрыться. А ты сидишь там, тебе пятнадцать лет, у тебя какие-то тараканы в голове завелись, и ты не знаешь, с кем поделиться, как правильно поступить. Нужно именно индивидуальное сопровождение».

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также

Вы можете им помочь

Помогаем

Службы помощи людям с БАС Собрано 5 893 474 r Нужно 7 970 975 r
Обучение общению детей, не способных говорить Собрано 403 407 r Нужно 700 000 r
Спортивная площадка для бездомных с инвалидностью Собрано 396 101 r Нужно 994 206 r
Операции для тяжелобольных бездомных животных Собрано 956 989 r Нужно 2 688 000 r
Медицинская помощь детям со Spina Bifida Собрано 370 831 r Нужно 1 830 100 r
Профилактика ВИЧ в Санкт-Петербурге Собрано 76 535 r Нужно 460 998 r
Всего собрано
1 829 578 025 R
Все отчеты
Текст
0 из 0

Юлия, бывшая подопечная фонда, оставшаяся в нем работать

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Саша, подопечный фонда "Материнское сердце"

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Юлия и Александр

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Александр, подопечный фонда "Материнское сердце"

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Юлия, бывшая подопечная фонда, оставшаяся в нем работать

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Юлия и Александр

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Галина Власова, директор фонда

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Юлия и Александр

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Саша, подопечный фонда "Материнское сердце"

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Юлия, бывшая подопечная фонда, оставшаяся в нем работать

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: