Иллюстрация: Влад Милушкин для ТД

Аза на громкой связи. Мы не можем встретиться лично и даже посмотреть друг на друга через веб-камеру — связь очень плохая. По телефону можно болтать с друзьями обо всем на свете и даже делиться личным — это же друзья. Но как говорить с незнакомым человеком о насилии и страхе?

— Алло?

На заднем фоне детский смех.

— Аза, здравствуйте, вам удобно говорить? Извините, что вам по телефону придется рассказывать о таких непростых вещах…

— Ничего, я могу, я справлюсь.

Месяц назад Азе пришлось бы быстро шептать в трубку из укромного угла во дворе. Но сейчас она может говорить громко и сколько хочет. Прошло больше месяца с тех пор, как она вместе с детьми убежала из дома своего мужа. Впервые за двадцать лет Аза в безопасности, она даже может немножко смеяться.

«Украл — значит замуж»

Аза рассказывает, как в детстве любила французский язык. К старшим классам разговаривала не хуже учительницы, мечтала поступить на иняз и изучать язык дальше. Но мама запретила учиться — хотела побыстрее выдать дочь замуж. После девятого класса Аза села дома, родители начали активно присматривать ей женихов.

Юсуп объявился сам — низкорослый, с грубыми, неприятными чертами лица. Не давал прохода, отпугивал ухажеров. Аза говорила, что не хочет быть его женой, но Юсуп не сдавался. «Люблю, будешь моей».

— В семнадцать лет он меня украл, — произносит телефон голосом Азы. — Подкараулил на улице, затолкал в машину и отвез в лес. Там, в машине, он говорил, что сильно меня любит, что мне будет с ним хорошо. Пытался обнимать, но я не позволила. Он отвез меня к своей тете и насильно продержал там несколько дней. Мне ничего не оставалось, как дать согласие на этот брак: по нашим обычаям невинная девушка не может вернуться домой после ночи с укравшим ее мужчиной.

— Но ведь он к вам не притронулся?

— Нет, но как это докажешь? Родители сказали: украл — значит все, свадьба.

Аза была в отчаянии. Она надеялась, что так долго добивавшийся ее Юсуп будет к ней хорошо относиться. Но сразу после свадьбы начался кошмар наяву.

— На следующий день после свадьбы муж долго о чем-то на повышенных тонах говорил со свекровью. Я сидела в своей комнате, не могла разобрать слов. Он зашел ко мне: «С этого дня ты не будешь у меня просить деньги ни на порошок, ни на мыло, ни на продукты, ни на что. Не будешь трогать вещи в этом доме. То, что наше, — это наше, то, что твое, — твое». Я так удивилась: вроде бы любовь такая была у него ко мне. Подумала, может, это шутка?

Мне не разрешили с ними поужинать. Велели отойти от стола и доедать после них, что останется. Я пошла в сад и сорвала абрикос. Они накричали на меня: «Эй ты, дура, зачем трогаешь наши фрукты?»

«Когда я говорила, он меня бил»

— По нашим традициям невестка делает все по дому. Я просыпалась в шесть утра и приступала к своим обязанностям. Подметала, мыла, таскала воду, ухаживала за коровами, огородом, готовила, стирала… Первый раз начала стирать утром. Свекровь говорит: утром не стирают, стирай в обед. Начинаю в обед стирать — в обед не стирай, стирай вечером. Начала вечером — стирай ночью. И я после часа ночи выходила на улицу и стирала. Даже если был мороз. Кушать мне так и не давали. До обеда я даже чашку чая не могла себе позволить. Я стала как сухарик, юбки держались на костях. Я откладывала вещи на стирку, а она их прятала куда-то. А потом приходили к нам гости, она их доставала и трясла передо мной: «Она даже вещи не стирает!» Устраивала такие показные сцены… Я пыталась им угодить, не допускать ошибок. Но они всегда находили к чему придраться.

— Но почему?

— Не знаю. Свекровь говорила мне, что хотела другую невестку. Светлую, маленькую, синеглазую… Не как я — метр семьдесят. Просто я им не нравилась, не нравилось, что сын их не послушал. Свекор тоже надо мной издевался. По пьянке приходил ночью ко мне в комнату и кричал: «Я тебя ненавижу! Выметайся отсюда!»

— Муж не защищал вас?

— Он все видел и молчал. Мог просто уйти, оставить меня одну. Один раз, когда свекор ввалился к нам в комнату, он (муж) просто вылез в окно.

— Вы пытались разговаривать с ним?

— У меня не было свободы слова. Когда я говорила, он меня бил. Я рассказывала обо всем маме, она не верила. «Не может быть такого, они хорошие люди. Видимо, ты не хочешь там оставаться, не любишь его, поэтому придумываешь такие истории». Я не знала, что делать, мне никто не верил…

Иллюстрация: Влад Милушкин для ТД

«Была бы моя воля, я бы его растерзала»

— В этом кошмаре у вас родились дети?

Вздох.

— Во время беременности он меня тоже бил, не жалел. Когда я просила конфету или яблоко, он говорил: «Я тоже этого хочу, и что?» Но самое страшное началось после родов. Дочь родилась с умственной отсталостью, с пороком сердца. С виду нельзя было сказать, что с ней что-то не так. Но Амина не могла нормально разговаривать, плохо ходила — были слабые ноги.

— Как муж относился к ней?

— Он был к ней холоден. Никогда не дарил подарков, не давал вкусностей. Хлеб и чай — все. Когда мои родители узнали об этом, начали приносить нам продукты. Сахар, муку мешками. Мясо, рыбу. Я думала, теперь мы с ребенком сможем есть, но нет. «Все, что в нашем доме, — наше, не твое».

— Когда же и что вы ели?

— Я ела хлеб, сахар добавляла в воду и пила вот это. И когда была дома у родителей, ела там досыта. Дочка была худая… Я сделала ей пенсию, и после этого они начали у меня ее отбирать. Муж меня сильно избил, когда я получила первую пенсию, за то, что я хотела потратить деньги на врача. Мне не разрешали водить ее к доктору, говорили, что я придумываю болезни. Что, если я выйду за порог с ней, обратно меня не пустят. Я до десяти лет ни разу не водила дочь в больницу. Она еле дышала, еле ходила… Как-то она начала ночью плакать. Муж встал и ударил ее с силой по лицу. Была бы моя воля, я бы его растерзала.

«Ты убила свою дочь!»

— В десять лет Амина сильно заболела. Болел живот, она орала, плакала. Начала тошнить кровью. Тогда меня отпустили наконец в больницу. Я взяла ее на ручки и пошла на трассу. Поймала газель и поехала. Два месяца мы провели в больнице. У нее сердце было как творог. Надо было делать пересадку. Врач сказала, что, если бы мы обратились хотя бы год назад, ее бы спасли. А потом она умерла…

Трубка плачет навзрыд. По громкой связи рыдания такие явные, будто Аза сидит за моим столом. Хочется взять ее за руку, но как возьмешь пустоту?

— Извините меня… — бормочет Аза, всхлипывая.

— Ничего-ничего, я понимаю. Это очень тяжело…

— Я возненавидела мужа. Из-за его скупости и равнодушия я потеряла свою дочь, а он до сих пор жив, наслаждается жизнью! Свекровь мне говорила: «Ты убила свою дочь!» Однажды я не выдержала и ответила ей. Сказала, что это она ее убила. Ведь она не разрешала ее лечить! Муж отвел меня в комнату, ударил головой об стену, я упала. Зашла свекровь: «Правильно сделал, она это заслужила».

Голос в телефоне приобретает стальной оттенок.

— После смерти дочки я стала сильнее. Поняла, что нет ничего страшнее потери ребенка. И ничего хуже со мной уже не случится. Я подняла голову, решила бороться за своих детей и за себя. На тот момент у меня было трое детей, мальчики и девочка. Младший родился в тот же день, что и Амина, и у него оказался такой же диагноз. Когда я пришла в себя, пришла к ним и сказала, что ухожу и забираю детей с собой. Они их не отпустили, и я одна ушла к маме. Мне надо было прийти в себя, решила, потом что-то придумаю. У мамы я прожила три месяца и за это время ни разу не видела детей — их от меня прятали. По пятницам мы ходим на кладбище. И каждую пятницу туда с утра приезжал муж — не давал мне пройти к могиле дочери. Почти каждый день к нам домой приходили родственники мужа, мулла, уговаривали меня вернуться. Я говорила им всем: «Как я могу с ним жить? Он пьет, он бьет меня! Он калечит детей!» А они сказали, что детей он мне не вернет. И я вернулась к мужу ради них.

«Не бей меня при детях»

— Я пыталась подрабатывать. Мне нужны были деньги, потому что муж никак не участвовал в нашей жизни. Я убиралась у богатых, мыла посуду в кафе. Он не любил, что я хожу на работу. Скандалил. Бывало, рвал деньги, которые я таким трудом зарабатывала целый день… И только пенсию сына в этот раз мне удавалось не отдавать, я тратила ее на лекарства для сына.

Отношение ко мне стало еще хуже. Юсуп часто приходил пьяный, устраивал истерики. Он всегда бил в голову: под волосами и платком не видно ран. У меня были приступы, боли не проходили месяцами. Когда он меня избивал, младший сын кричал, плакал. И падал на пол, у него от страха отнимались ноги. Я просила: «Не бей меня при детях!» Ему было все равно. Он начал бить дочь. Издевался над ней. Она боялась есть при нем, вздрагивала от каждого шороха. Когда она читала молитву, он подходил к ней и шептал: «Чтоб Аллах не принял твои молитвы, чтоб ты попала в ад!» Я понимала, что травмирую детей, оставаясь у мужа, но не знала, куда мне пойти.

Часто с детьми мы сидели ночами во дворе и ждали, когда он уснет. Только тогда можно было прокрасться в комнату и лечь спать.

Я много раз убегала к родителям, иногда удавалось сбежать с детьми, но он приходил и требовал, чтобы мы вернулись. Иногда умолял, на колени вставал, даже плакал. Родители уставали от этого и принуждали меня идти обратно: «Дети должны быть с отцом и матерью!»

Бежать!

— Месяц назад он пришел домой ночью пьяный. Не досчитался арбузов, обвинил меня и сильно избил. Я упала в обморок, когда очнулась, увидела, что сын лежит на полу и кричит. В тот момент я подумала: двадцать лет избиений, пьянок, издевательств. Сломанная психика детей… Однажды он меня убьет, он на это уже намекал. Говорил, что ему ничего за это не будет.

Дочь сказала: «Давай уйдем, я не хочу больше тут жить». Сын тоже сказал, что хочет уйти. Я обняла их и решилась. Выбор был небольшой: уйду — останусь без крыши, не уйду — он оставит меня без головы.

Незадолго до этого я выяснила, что дети могут жить с матерью по решению суда, если они хотят с ней остаться. Значит, у меня будет шанс за них побороться, главное — сбежать подальше, чтобы он не мог меня найти.

Я вызвала такси и поехала в Грозный. В час ночи мы приехали на стоянку. Таксисты стали обзванивать гостиницы, нашли нам хостел. Я не знала, что буду делать, как дальше буду жить, денег у меня было очень мало. Мы провели ночь в хостеле, потом я стала искать комнату на «Авито». И наткнулась на объявление: кризисный центр для женщин, тысяча рублей в месяц. Я не поняла, что это такое, решила позвонить. Рассказала о своей ситуации, и мне сказали, чтобы я приезжала, что мне там помогут. Мы так обрадовались с детьми, кричали от радости!

«Аза, мы с тобой»

— Оказалось, кризисный центр — это место для женщин в бегах, которые нуждаются в помощи, крыше над головой. Тут все бесплатно. Тысяча рублей на «Авито» — это чтобы можно было повесить объявление.

Трубка наконец-то улыбается.

— Тут все условия! Комната, теплый пол. Нам дали по четыре порции разных блюд! Я даже не помню, когда я так ела! У меня никогда не было стиралки, а тут стиральная машинка! Есть душ, вода горячая и холодная.

На следующий день приехали две женщины — Либкан и Марет. Они рассказали мне, что теперь я в безопасности. Они такие хорошие, выслушали меня внимательно. Меня даже родная мать так не выслушивала! Сказали: «Держись, Аза, мы с тобой!» У меня такая радость на душе появилась, наконец-то мне есть на кого опереться!

Они сказали, что у них есть юрист, мне помогут оставить детей. И действительно, их адвокат поговорила с моим мужем — и дети остались со мной. Он не оспаривает это пока.

Когда я позвонила родителям и рассказала, где я, мне не поверили. Не может быть, чтобы какие-то незнакомые люди вот так бесплатно помогали! Но потом они познакомились с Либкан и успокоились. Мы тут уже месяц. Я работаю в частных домах, делаю ремонтные работы. Старший сын вернулся к отцу. Ему начали слать сообщения, что он тряпка, маменькин сынок, не мужчина. Юсуп его уговорил, обещал все для него сделать. И сын решил уйти. Я не стала противиться. Он взрослый, может за себя постоять. А если захочет вернуться, я буду рада.

Как только я найду постоянную работу, сниму квартиру. В центре обещали не оставлять меня и помогать, если будет нужно. Это очень поддерживает, потому что мне от родни мужа до сих пор поступают угрозы, пишут, что отберут у меня детей. Так что я не расслабляюсь.

— Может, вы наконец-то осуществите свою мечту?

— Какую?

— Изучать французский язык.

Мечтательный вздох.

— Не знаю, смогу ли теперь… Но это желание во мне до сих пор живо. Главное для меня сейчас — поставить на ноги больного сына. Я вожу его к врачам, он получает лечение. Я не смогла спасти дочь, но могу спасти его. Раньше я была пленница, у меня не было никаких прав и возможностей. Но когда я оказалась в окружении хороших людей, Либкан и Марет, поняла: когда думаешь, что все, это конец, где-то есть начало.

***
Либкан и Марет — сотрудницы «Надежды», кризисного центра для женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Здесь помогают матерям и детям, которые пострадали от домашнего насилия. Тем, кому некуда идти, кому срочно нужна передышка и помощь, чтобы начать жить заново. Помимо достойных условий жизни, «Надежда» предоставляет юридическую и психологическую помощь. Мамам помогают обрести силы, чтобы бороться за своих детей. И поддерживают в этой борьбе. Вы можете помочь им помогать таким, как Аза, подписавшись на благотворительное пожертвование.

Сделать пожертвование

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Этот платеж возможен благодаря фонду «Нужна помощь», который собирает деньги на работу благотворительных организаций нашей страны.

Помочь

Оформите пожертвование в пользу организации «Женщины за развитие»

Выберите тип и сумму пожертвования
Поддержите, пожалуйста, наш фонд

Мы существуем только на ваши пожертвования. Вы можете добавить процент от пожертвования на развитие фонда «Нужна помощь»

Читайте также
Всего собрано
288 365 204
Текст
0 из 0

Иллюстрация: Влад Милушкин для ТД
0 из 0

Пожалуйста, поддержите фонда «Женщины за развитие» , оформите ежемесячное пожертвование. Сто, двести, пятьсот рублей — любая помощь важна, так как из небольших сумм складываются большие результаты.

0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: